618 цитат · стр. 46 из 78
-
Собирались быстро, я еще до общего подъема обернулся к ключам и в ельник, забрал лист с выпаренным остатком, белый порошок ссыпал в общий кулек и разместил в прицепе. Натекший за ночь сок снял, желоба выдернул следом, а топливный котелок с крестом пристроил подальше от супа, насколько это вообще возможно в одном прицепе. Больд прихрамывает, зато с новой корзиной за плечами, Тележка впряглась и оглянулась на купель с душераздирающим вздохом.
-
Так-то лучше была как раз прежняя, и это знали все, включая владельца, но спорить никто не стал, не тот случай.
-
Тут я поторопился, снял слишком рано, и застывать на холоде варево отказалось наотрез. Вернул в котелок, доварил как следует, и на этот раз студень встал как миленький, разве что по краям успело пригореть, и над лагерем поплыли те еще ароматы.
-
Утром снег у пруда уже не таял, хлопья, которые вчера умирали на теплой воде, лежат теперь по берегам каемкой, и зеленая трава торчит из белого как-то растерянно.
-
Хорошо тут, как ни крути, решение насчет курорта я принимал на бегу, зато подтверждаю теперь с полным комфортом. Даже, пожалуй, никакие юга с морями не нужны. А ведь сюда просятся и дорожки со ступеньками, и лапник для аромата. Вот с шишками поосторожнее бы, с одной такой я недавно познакомился поближе, на зуб.
-
Час, наверное, уже варится, может, полтора, по солнцу точнее не скажу… Хронометра в лаборатории из котелка и палки не предусмотрено.
-
Четвертый заход вышел поинтереснее, гелем, а как его еще звать, набил трубку в сантиметр толщиной и в десять длиной, выложил по диагонали на плоском обломке, прикинув, как ей будет веселее лететь, сбегал за лучиной, ткнул ею в торец. Трубка зашипела, плюнула искрами, свалилась набок и поехала по траве и снегу, виляя, как ужаленная. Через полтора метра огонь проел размокшую стенку сбоку, и она закрутилась волчком на месте, дожигая остатки, пока я отсиживался за камнями. Кора поверх посуды себя оправдала, иначе эксперименты закончились бы досрочно.
-
Шалаш сложился даже как-то скучно что ли, жерди оперлись о большой валун, сверху лег лапник потолще, внутрь что помягче. Больд перебрался на берег и помогал сидя, подавал ветки и вязал узлы, и от должности подсобника страдал заметно сильнее, чем от самой ноги.