34 цитаты · стр. 4 из 5
-
На поясе на каждом шаге брякал тяжелый мешочек, под завязку набитый серебром, и Больд нет-нет да и прихлопывал его ладонью, чтобы не оторвался на бегу. Там все его накопления, сколько ни есть, а по его меркам набралось прилично.
-
Никто не отозвался, только с нависшего края в реку шлепнулся еще один ком, и Больд махнул на прощание перевороченному берегу и припустил дальше, все так же напрямую, к Северану. Платье надо добыть поскорее, а то Дагна же волноваться будет, не предупредил ведь.
-
Нужен наряд, и не абы какой, а самый лучший, такой, чтобы Дагна в нем... Дальше Больд не додумал, слов не нашлось, зато в груди стало горячо, и пришлось откинуть шкуру. Где его взять, тоже ясно, за таким надо в город, в Северан, и к утру он уже знал, как сделает.
-
Охамел, значит, это он-то, который здоровается с каждым встречным, даже с медведями. А Дагночка, выходит, бедная, и сколько она уже так ходит и ждет, а он и не замечал. Тянуть тут нельзя ни дня, и Больд прибавил шагу, так что красться уже не вышло, и вода в колодце за спиной, должно быть, пошла кругами.
-
Под ногами у него грязь пополам со щепой, а дальше, сколько хватает глаз, глубокие ямы с оплывшими краями, и в них уже сочится мутная вода. Берег перекосило, он целым пластом осел вниз, и край его теперь нависает над рекой, того и гляди обвалится.
-
Раньше-то тратить было не на что, кормит его Дагна, а молоко носят соседи с тех пор, как к ним сама ушла корова. Мясо и вовсе ничейное, догнать бы только, а то разбегается, стоит ему выйти за частокол. А Рей взял да и заплатил ему зачем-то за валку леса, хотя Больд и задаром бы всё сделал, вот монетки и лежали без толку.
-
У колодца в потемках шептались бабы, и Больд прошел бы мимо, чужие разговоры он слушать не любит, но среди прочего мелькнуло имя Дагны, и ноги сами встали в тени чьего-то сарая. Дышать он старался через раз, его сопение и с соседнего двора слышно, а попадаться бабам на глаза ему сейчас не хочется.
-
— А я слыхала, он боится, — молоденькая опасливо оглянулась прямо на сарай, за которым стоял Больд, но в темноте ничего не разглядела. — На свадьбе ж плясать положено, а он как топнет, так полдеревни в погреба провалится.