10 цитат · стр. 1 из 2
-
Какой бы Кральд ни был сильный, врываться сюда он не посмеет. Поместье рода считается землей Кнорров, туда не заходит городская стража и не ступает лорд, так велит уложение, которому больше лет, чем самому Северану. Должен будет вызвать наместника и разбираться с ним, таковы законы, и даже сам Рагдар вряд ли рискнет так ссориться с родом.
-
Деньги и роскошь покупают почти любого, а кто перед ними устоял, тому предлагают возможности, и обычно в таком случае сдаются последние. Те немногие, кого не берет и это, долго не живут, об этом в отряде знает каждый, проверять такое род поручает Дорту же. Верность свою он доказывал не единожды, беглого практика с рыбной баржи он когда-то догнал на третий день, и в отчете по этому делу значилось одно слово, устранен, а на пристанях про тот случай до сих пор рассказывают шепотом.
-
Кортик на поясе у него хозяйский, с таким ходят все, кто служит Кноррам на воде, от шкипера до сборщика пошлин, и в Северане его знает любой лодочник. На ночную работу знак рода положено оставлять дома, и первые года три Дорт так и делал, пока не понял, что без него на боку чего-то не хватает. Решение так себе, но в темноте никто не разглядывает пояса.
-
Об устранении хозяина дома речи не шло с самого начала, силы не равны, а теперь Дорт видел это собственными глазами. Десять человек третьей ступени против одного, у кого порог давно позади, это не драка. Отряд пятился к ограде, и каждый пытался хоть чем-то его достать, не ранить, так хотя бы задержать на мгновение, и всякий раз выходило одинаково.
-
Роду Кнорр Дорт служит пятнадцатый год, а хозяева его держат воду, весь флот королевства, от барж до последней рыбацкой лодки, ходит под их клеймом. Хочешь выйти с грузом, иди за разрешением, а в конторе найдется тысяча причин, чтобы не пустить, и под каждую из них свой закон.
-
Купец, который надумал выйти в воды без бумаги, после такого разговора либо едет домой и больше ничего не выдумывает, либо остается на берегу навсегда. Правда второе случается реже, мертвые пошлин не платят, и хозяева это понимают не хуже него. В отчетах такое зовется устранением недопонимания, и за годы это слово приросло к нему настолько, что он ловит его на себе даже в кабаке, когда подают пересоленную похлебку.
-
С тех пор как Кнорры придержали баржи, всё, что прежде плыло, поехало, а возят по суше, считай, одни Хенгсты. Соль и сукно катятся на их телегах во все концы, и на каждой станции ждут свежие кони и счет, который почему-то всегда выходит чуть больше задуманного. Самый выгодный товар они давно скупают сами, так что хлеб для армии сперва становится собственностью рода и только потом попадает в солдатские котлы, успев по пути вырасти в цене.
-
Собственно, после пешей прогулки длиной в пару дней, пришлось снова обратиться к ним. Так что на последний отрезок пути Кнорры снова дали лодку с командой. Шли на ней ночами вверх по здешней речке, а днем отстаивались в камышах.